Игорь В. Самойленко, к. м. н., с. н. с. отделения биотерапии опухолей.
Москва.
Igor V. Samoylenko, MD, PhD Med, Senior Researcher, Tumor Biotherapy Department.
Moscow.
Ярослав И. Жуликов, cтудент 6‑го курса, лечебный факультет.
Москва.
Yaroslav I. Zhulikov, 6th year student, General Medicine Faculty.
Moscow.
Галина Ю. Харкевич, к. м. н., в. н. с. отделения биотерапии опухолей.
Москва.
Galina Yu. Kharkevich, MD, PhD Med, Leading Researcher, Tumor Biotherapy Department.
Moscow.
Наталия Н. Петенко, к. м. н., врач-онколог отделения биотерапии опухолей.
Москва.
Natalia N. Petenko, MD, PhD Med, Oncologist, Tumor Biotherapy Department.
Moscow.
Лев В. Демидов, д. м. н., проф., зав. отделением биотерапии опухолей.
Москва.
Lev V. Demidov, MD, DSc Med, Professor, Head of the Tumor Biotherapy Department.
Moscow.
Появление анти-PD-1‑препаратов значительно улучшило прогноз пациентов с метастатической меланомой кожи. Однако в международной литературе накоплено мало данных по эффективности этих препаратов во второй и последующих линях терапии. Нами проанализирован собственный опыт применения ниволумаба в терапии метастатической меланомы кожи. В данное нерандомизированное неконтролируемое сплошное исследование были включены 53 пациента с метастатической или нерезектабельной меланомой, из которых 86,8 % (46) получили две и более линии системной терапии по поводу метастатической меланомы. Частота объективного ответа составила 22,6 % (95 % Доверительный интервал (ДИ) 53,3–64,4 %). Медиана выживаемости без прогрессирования – 4,37 мес. (95 % ДИ 2,27–6,47). Медиана общей выживаемости – 17,9 мес. (95 % ДИ 8,89–26,99). Одно-, двух-, трехлетняя общая выживаемость составила 66, 35 и 35 % соответственно. Эффективность ниволумаба во второй и последующих линиях терапии значительно ниже, чем показано в результатах рандомизированных исследований по применению анти-PD-1‑препаратов в первой линии терапии.
The appearance of anti-PD-1 drugs significantly improved prognosis of patients with metastatic skin melanoma. However, little data on the effectiveness of these drugs in the second and subsequent lines of therapy has been accumulated in the international literature. We have analyzed our experience in the use of nivolumab in the treatment of metastatic melanoma. This non-randomized, uncontrolled, continuous study included 53 patients with metastatic or unresectable melanoma, of whom 86.8 % (46) received two or more lines of systemic therapy for metastatic melanoma. The rate of objective response was 22.6 % (95 % Confidence Interval (CI) 53.3–64.4 %). The median progression-free survival was 4.37 months (95 % CI 2.27–6.47). The median overall survival was 17.9 months (95 % CI 8.89–26.99). One-, two-, three-year overall survival contained 66, 35 and 35 %, respectively. The efficacy of nivolumab in the second and subsequent treatment lines is significantly lower than showed in the results of randomized trials of the use of anti-PD-1 drugs in the first line of therapy.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.